Галина. Мария Петровна! Мария Петровна! Хочешь чаю с сахаром? И с этим!.. Как его!.. Молоком!

Мария. А чего вы еще туда насыпали, тетя Галя?

Галина. Мария Петровна! Марк Анатольевич только что убедился, что у тебя вздорный характер! Он так мне и передал! Я тебя расцелую щас!.. Он, когда от тебя шел, надел шляпу, остановился на лестнице, по-мужски выговорился, а потом сказал: «Кстати, Галина Сергеевна! Готовь паспорт! Мы с тобой идем регистрироваться!» Я чуть не грохнулась! Ты понимаешь? Вот так-то! Наконец-то!!!

Мария. Я очень рада, Галина. Курить хочется…

Галина. А твой скоро?

Мария. Скоро.

Галина. В чем встретишь, приготовила?

Мария. В платье в этом, в чем?

Галина. Это же его матери! Я сошью тебе баское, басчее платьишко, я умею, любого спроси. Галина Календарева — Красной армии обнова! У меня даже машинка есть! И выкройки!

Мария. Да не надо…

Галина. Я же не бесплатно! Чуть подешевле, чем всем.

Мария. Но денег нет, есть хлебные карточки.

Галина. Ну вот и отлично, пусть хлебные карточки. Завтра снимаем мерочки! Чаю пойдешь, выпьешь?

Мария. Нет, покурю лучше.

Галина. Чё, здесь?

Мария. Окно открою. А что он про мой характер сказал?

Галина. Такое повторять неудобно…

Мария. Валяй, не обижусь.

Галина. Сказал, что тебе контузией все мозги выбило, и ты невменяемая, и тебе детей доверить нельзя, а уж тем более своих родить опасно… И все в таком духе. Наверное, тебя уволят…

Мария. Наверное…