Мария. А вы, тетя Галя, выглядите гораздо толще своего времени. Наверное, работаете в детской столовой!

Галина. Подстилка солдатская! (Вцепляется Марии Петровне в стриженые волосы.)

Нина Васильевна. Бабы!

Марк Анатольевич. Прекратить! Я не юноша какой-нибудь, чтобы из-за меня такое устраивать!

Галина. Я тебе, сучка, щас матку блюдцем вырежу!

Марк Анатольевич срывает со стола скатерть, вся посуда разбивается вдребезги, кроме фронтовой кружки. Нина Васильевна ищет под столом письмо и часы.

Нина Васильевна. Озверели! Галя! Маша!

Марк Анатольевич. Галина! Отпустите Марию Петровну! Вы мне педагога загубите! Всё. Я ухожу. Уши в трубочку от вашей ругани.

Надевает шляпу в коридоре. Галина бежит за ним, запинается о скатерть, вползает в прихожую на четвереньках.

Галина. Марк! Постой! Увези меня тоже! Поехали, выпьем! Увези! Я не виновата, Марк! Марк Анатольевич!

Марк Анатольевич. Я возмещу, Нина Васильевна, и посуду, и сахар-рафинад.

Нина Васильевна. Да куда там!..

Галина. Марк Анатольевич! Я уже на коленях! У тебя что, сердце железное?

Марк Анатольевич. Мария Петровна, приводите себя в порядок, вас ждут дети. Вы, Галина, низко пали в моих глазах.

Галина. Марк Анатольевич! Не уходи, Марк!.. Я с вами!..

Марк Анатольевич. До свидания.

Нина Васильевна. До свидания, Марк Анатольевич, заходите еще…

Марк Анатольевич закрывает за собой дверь. Галина держится за живот и пронзительно скулит.

Галина. До свидания, Марк Анатольеви-и-ич!..